— Значит, тебя не интересно, что я тебе говорю, падаль ты такая африканская…

Он долго целился, чтобы попасть в Маню побольней. Потом со всей силы метнул.

Но «царь природы» не попал. На мгновение раньше Маня взвилась в воздух и, вытянувшись в струнку, перемахнула через барьер бассейна. Всей оставшейся в ее теле тяжестью рухнула на обидчика.

На дикий человеческий вопль к бассейну сбежались служащие зоопарка. Увидев под распластавшейся на земле львицей руки и ноги, защелкали затворами ружей. Но запыхавшийся доктор, глянув на Маню, остановил стрелков:

— Не надо. Она и так, похоже, мертва.

Из-подо львицы вытащили бледного и трясущегося посетителя. Доктор быстро осмотрел его и удивился:

— Жив-здоров, счастливчик. Ни одной царапины.

— Но как, как она могла? — в свою очередь изумился директор зоопарка, заглядывая в бассейн, — такая высота и молодому льву не по силам…

— Вот и ей оказалось не по силам, — вздохнул доктор, — судя по всему, сердечко ее еще в воздухе отказало.

— Ма… Ма…, — зашевелил губами пострадавший.

Доктор ему понятливо кивнул:

— Да-да, ее звали Маня…

МАЭСТРО

Смычок нежно коснулся струны. Рожденный соитием звук робко оторвался от скрипки и как бы завис в тишине. Но лишь на мгновение. Лишь на мгновение он оставался один. Смычок ударил еще одну струну. Прошелся всем своим упругим телом по третьей. Потом быстро по двум сразу. И вновь по одной. И снова, и снова.

Звуки взмывали поодиночке и группами, кучками, толпой, строем. Плачем, стоном, мольбою. Они набирали мощь…

— Милый, тебя к телефону…

Он не сразу понял.

Да, это, конечно, не скрипка. Это жена. Из-за двери.

Он вышел из кабинета:

— Какого черта! Сколько раз тебе говорить. Когда я работаю, меня нет ни для кого…